Магазин

steklo

online

22 июня - День памяти и скорби. Дети войны. Немного событий про Петропавловку военного времени

22.06.2021 10:53
209
0

80 лет назад 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Этот день напоминает нам о всех погибших в боях, замученных в фашистской неволе, умерших в тылу от голода и лишений. 22 июня 1941 года в 4 утра без объявления войны фашистская Германия и её союзники напали на Советский Союз. Именно в этот день летом 1941 года началась самая кровопролитная и страшная война в истории нашей страны, явившаяся основной частью Второй мировой войны 1939-1945 годов. Сегодня публикуем материал  жительницы Петропавловки Алевтины Нестеренко, являющаяся категорией «Дети войны» и родившейся до войны, материал  про годы войны в нашей местности.

Д Е Т И В О Й Н Ы

Зародившись в Италии и Германии, коричневая чума фашизма расползалась по Европе и двинулась на Восток. В 1941г. началась ВОВ. Проявляя чудеса мужества и героизма, весь советский народ (все национальности) поднялся на борьбу с фашизмом и победил сильного и жестокого врага – отстоял страну от порабощения и разграбления.
Ещё живы участники той страшной войны, но их остаётся всё меньше и меньше, и они уже имеют солидный возраст. Ветераны ВОВ окружены большим вниманием и заботой государства и это очень правильно.
Я же хочу напомнить о нас, детях войны, рождённых в конце 20-х – середине 40-х годов 20 века. Мы тоже пережили эти страшные годы. В холоде, голоде, нищете – лиха хлебнули сполна. Почти все отцы ушли на фронт, у многих ушли и матери. Дети оставались с родственниками. Худенькие и бледные – мы тоже ощущали на своих хрупких плечиках все тяготы военного времени.
Ни о каком нормальном питании (фрукты, овощи, мясо, молоко, сладости и др.) не могло быть и речи – жалкий паёк по продуктовым карточкам. Хорошей одежды тоже не было – носили от старших к младшим, что-то перешивали, что-то перелицовывали. Мне, например, сшили пальтишко из папиной гимнастёрки к первому классу. Ни о какой нормальной учёбе не могли и мечтать – все школы были заняты под госпитали. Дети были не избалованы, помогали во всём взрослым: собирали урожай, запасали дрова в лесу, приносили в дом воду, ухаживали за скотом, пасли его и т. д.
Многих детей и их матерей разлучила судьба во время эвакуации. Многих родных братьев и сестер, в неразберихе военного времени, распределили в разные детские дома и они потерялись. Дети войны - отчаянные мальчишки прибавляли себе возраст и уходили на фронт. Многие из них стали «сыновьями полков», многие оказались в партизанских отрядах, геройски погибали.
Тысячи детей вместе со взрослыми были угнаны в Германию и попали в концентрационные лагеря, где погибали от истощения, издевательств и в газовых камерах.
За годы войны тысячи детей погибли во время бомбёжек и артобстрелов. А сколько их утонуло в заминированной Волге на подорвавшихся судах? Сколько погибло в блокадном Ленинграде и других городах и сёлах? Кто знает?
Долгие годы ещё после войны вездесущие мальчишки находили неразорвавшиеся снаряды, гранаты, патроны и погибали, либо получали увечья. У нас в школе учился мальчик без руки и без глаза, со следами въевшегося пороха на лице.
Пронзительный вой сирены (в Петропавловке ездила по железной дороге дрезина со страшным воем), гул приближающихся самолётов, бомбёжки, холодные землянки с нарами и печками-буржуйками, бегающие в ночном небе лучи прожекторов, голос Ю.Левитана – «От советского информбюро…». Всё это врезалось в память и об этом тяжело вспоминать.
В годы войны Петропавловка подверглась большим разрушениям (после Н. Баскунчака). Полностью были разрушены: клуб им. Воровского, речной пассажирский вокзал. Почти полностью была разрушена больница водников (В. А. Маслова рассказывала, что когда люди прибежали, то увидели на подоконнике больницы подпрыгивающее человеческое сердце). От взрывной волны пострадал клуб речников.
На территории судоремонтных мастерских частично разрушен был механический цех (его хорошо было видно из нашего окна), пострадал электроцех, здание материального склада, были разрушения и на лесозаводе. Горела солемолка №1, в машинное отделение солемолки №7 попала бомба и её больше не восстанавливали.
В Петропавловке, начиная от пристани, вдоль железнодорожной насыпи и до железнодорожного моста валялись искорёженные, обгоревшие вагоны, колёсные пары, груды железа. Много было глубоких воронок по всей Петропавловке.
Помню, как мы после войны бегали на развалины больницы водников и рылись в грудах кирпича и белого кафеля – искали «клады».
Война закончилась – дети ждали отцов, но не все дождались. У большинства моих одноклассников отцы погибли. В школу пошли после войны, в 1946 году. Классы были большие – по 40-42 человека. Парты – четырёхместные с наклонной столешницей и откидными крышками, чтобы можно было положить или достать портфель. Школьных принадлежностей не хватало. Каждая добытая тетрадочка или ручка – в радость. О цветных карандашах приходилось только мечтать. Вместо портфелей - сумки сшитые из брезента, мешковины или крашеной марли в несколько слоёв. Мне папа сшил хороший портфелик из куска голубого дерматина.
Жизнь налаживалась не сразу. Масштаб разрушений в стране был огромен. Средств на восстановление не хватало. Поэтому выпускались облигации «Государственных займов восстановления и развития народного хозяйства». Каждый работающий должен был подписаться на один или два оклада, взамен получая облигации. Облигации меньших достоинств распространялись даже в школах. Естественно, страдал и без того скудный бюджет семьи и, конечно же дети. К тому же, в 1947 г. – засуха, неурожай, голод.
Война вошла в наши души и сердца с самого раннего детства, почти с молоком матери. По возрасту мы не могли стать участниками ВОВ, но отпечаток того страшного времени живёт с нами всю жизнь. Чудом оставшихся в живых в той страшной войне, нас не признали пострадавшими. У нас не было счастливого детства и у нас нет достойной старости.
В настоящее время дети войны находятся в довольно солидном возрасте. Многие уже не дожили до этого святого праздника – 75-летия Победы. Много раз в Думе АО обсуждался вопрос о мерах поддержки детям войны, но он не проходит, при том, что многим категориям граждан – молодым и здоровым (часто злоупотребляющих этой поддержкой) в нашей стране, оказывается помощь и поддержка. А на старых и больных детях войны решили сэкономить. Не зря о благополучии общества судят по его отношению к старикам. Увы.

ЭТО БЫЛО В ПЕТРОПАВЛОВКЕ

2021 г. – год празднования 76-й годовщины со дня Великой Победы советского народа над фашизмом и 80-я годовщина начала Великой Отечественной войны. Чем дальше отдаляемся мы от 1945 г., тем меньше остаётся живых свидетелей тех страшных событий и тем они дороже.
Известно, что с началом ВОВ гитлеровские войска и авиация очень быстро овладели инициативой и успешно продвигались вглубь страны с Запада на Восток. В стране началась массовая эвакуация населения, сотен предприятий и учреждений, тысяч голов скота вглубь страны.
Добравшись до Волги, вся эта лавина – на всём её протяжении, переправлялась с правого берега на левый, в том числе и через нашу Владимировскую пристань.
Вот как описывает это время жительница слободы Владимировки А.Сафонова: «Трудовую деятельность я начала 9 сентября 1941 г. в райисполкоме экономистом, но вскоре начали в массовом порядке прибывать эвакуированные железной дорогой, пароходами, баржами, баркасами, лодками, подводами, пешком, с детьми люди, много людей. Кто – с деньгами, золотом, коврами, другие – раздетые, без средств к существованию, голодные, больные туберкулёзом, тифозные. Больницы были переполнены, и руководство райкома и райисполкома создало эвакопункт (эвакуационный пункт) в Петропавловке, куда направили председателя райплана Пестова, а меня переселили в общий отдел райисполкома – тоже заниматься с эвакуированными. Эвакопункт принимал поступающих, их кормили, трудоустраивали в колхозы, артели, предприятия, на заводы, оказывали помощь, а сельские, поселковые советы расквартировывали их. Я выдавала справки уезжающим эвакуированным в глубь страны – в Ташкент, Алма-Ату, Сибирь… Пестов работал, не зная ни дня ни ночи. От переутомления он заболел и умер от туберкулёза, а я заразилась сыпным тифом, и меня в бессознательном состоянии увезли в больницу». («Ахтубинская правда», №46, 26. 04. 2005 г.).
Другое свидетельство о прибывающих эвакуированных: «Вот небольшой отчёт, выполненный на листке школьной тетрадки в клетку, за подписью зав. райздравотделом Звягина: смертность с 1 сентября по 15 ноября 1941 г. среди эвакуированных – 56 человек, включая детей; снято с баржей трупов – 19; особенно смертность стала увеличиваться с 9 ноября, когда приток эвакуированных увеличился и дошел до 20 тыс. человек в пос. Петропавловка» («Волга», № 173, 18. 11. 2003 г.) .
Совершенно понятно, какая невероятная нагрузка легла на плечи работников эвакуационного пунктов – девочек-комсомолок (Безруковой Г., Масловой В., Тетерятниковой М. и др.), которым приходилось ежедневно, круглосуточно сталкиваться со страданиями и смертью.
Понятна трагедия людей, вынужденных сняться со своих насиженных мест и в страшном стрессе и хаосе куда-то бежать или ехать. В условиях войны многое случалось в пути и поэтому не все взрослые и дети до места назначения доезжали живыми. Трупы снимали, хоронили.
О трагедии, случившейся на Пристани в Петропавловке, писала З. Мельник (учитель физкультуры школы № 33), приходившая каждый день с мамой и сестрёнкой за хлебным пайком с Чуркиной зимовки: «Никогда не забуду один из хмурых дней поздней осени. Получили мы свой горький хлеб и уже было собрались в обратный путь, как пошёл сильный, холодный дождь. Мы в уголочке Пристани прижались и стояли. Подошли две баржи, полные людьми. В основном, женщины, дети, старики. Взрослые сказали, что это эвакуированные еврейские семьи, их распределят по сёлам, и они будут там жить и работать. Почему-то возникла паника, никто не знал, куда этих людей определить сейчас, с дороги, дождь хлестал… Я не помню, попали ли мы на зимовку в этот день. Зато хорошо запомнила страшную картину. После дождя в ночь ударил мороз, и многие из тех эвакуированных умерли от переохлаждения. Я видела, как мёртвые женщины крепко-накрепко прижимали к себе мёртвых детей. Пытались, видно, хоть немного согреть их, вымокших до нитки. Помню, как в районе Пристани в вырытые канавы спешно хоронили этих умерших». («Ахтубинская правда», № 24, 14.06.2010г.).
Примечание автора: всем известен наш резко-континентальный климат, а в те годы он был ещё более резким, что вполне объясняет случившееся.
В районном архиве я просматривала списки эвакуированных, в которых, в основном, были записаны люди с еврейскими именами и фамилиями, возможно прибывшие на этих двух баржах.
А вот какие воспоминания оставила нам жительница слободы Владимировки Д. Халяпина: «Военное время невозможно забыть…Моя мама в то время работала в «Бассоли». Ей был положен паёк, за которым я ходила в Петропавловку… Магазин находился недалеко от рынка (этим я хочу сказать, какой для меня был длинный путь за хлебушком). Напротив него проходила железная дорога… Солемельницы находились на берегу реки. И здесь мне пришлось однажды увидеть трупы замерзших людей. Уже наступила зима, вдоль берега сидели люди с детьми, старики, многие плакали, стонали. Кто были эти люди? Я до сих пор этого не знаю. Мне было всего 10 лет, когда началась война». («Ахтубинская правда» № 18, 22.02.2005 г.).
Примечание автора: возможно, Д. Халяпина видела тех самых замёрзших людей, о которых написала З. Мельник.
С началом Сталинградской битвы наш Владимировский район стал подвергаться жестоким бомбёжкам. Значительным разрушениям после В. Баскунчака подверглась Петропавловка. Немцы бомбили: речной вокзал, больницу, клубы, то есть, те места, где, наверняка были люди. Бомбили они стратегические объекты: ж.-д. станции, ж.-д. мост, пристань, нефтебазу, солемолки, территорию механического цеха, лесозавода и т. д. А ещё у вражеских стервятников была немецкая народная забава - пострелять из пулемёта в беззащитных мирных жителей, обычно бегущих в панике.
В мае 2020 г. в « Ахтубинской правде» был напечатан, леденящий душу, рассказ о гибели 6-летней девочки.
Однажды фашистский самолёт, прилетавший бомбить ж.-д. мост, не попал в него – бомба угодила на окраину Петропавловки. Вот как записал В. Лихварь воспоминание старожила: « немец бомбы выбросил, и мимо, а женщина бельё у реки стирала, побежала с дочкой к своему дому и кричит ей: «Беги быстрее в дом!» А сама бельё тащит, не успевает за нею. Фашист опустился и дал очередь из пулемета по ним, промазал. Девочка успела заскочить в дом, а немец развернулся и прошил его крышу. Женщина вбежала в сенцы, а на полу дочь лежит, прошитая из крупнокалиберного пулемёта… Соседи прибежали и увидели, как мать с дочкой, плотно прижатой к груди, вышла во двор. Волосы её были все белые, и ни слезинки. Шептала только: «Что я Ване скажу, что я Ване скажу…» Два дня ходила она с мёртвой дочерью по Петропавловке и не могли забрать у неё ребёнка…»
Ленинград, казалось бы, далек от Астраханской области, но, дороги войны привели ленинградских детей к нам в Петропавловку. Об этом написал в своём Сталинградском дневнике (1941-1943) первый секретарь Сталинградского обкома и горкома партии - Алексей Семёнович Чуянов 5.09.42 г.: «Сегодня вздохнул спокойнее, узнав, что дети, эвакуированные из Ленинграда, находятся в безопасности. Их, опалённых огнём войны, измученных голодом, привезли в Сталинград. Окруженные заботой и лаской, детишки быстро поправились, повеселели. Но настали и для Сталинграда тяжёлые дни войны… Испытания не оставляли ленинградских ребят. Мы вывезли их в Чёрный Яр. Нам казалось, что сюда война не дойдёт... Но, увы! С Запада к Чёрному Яру подкатывается фронт. Фашистские бомбардировщики не дают покоя. Снова на головы детей падают бомбы… Надо их увезти подальше. Но, как? Волга заминирована, и на ней уже немало подорвалось судов… Я позвонил секретарю райкома партии в Чёрный Яр А.И. Островскому. Он сообщил, что дети благополучно переправлены через Волгу. Связался с секретарём Владимирского райкома партии В. В. Навозовым. Он тоже подтвердил, что дети прибыли, но отправить их на ж.-д. станцию, что в 60 км. от районного центра, не может – не хватает транспорта. Я предложил использовать любые машины, любой транспорт, а ребят обязательно вывезти…». Наконец, все дети благополучно были перевезены на станцию Шунгай. «Самое трудное позади… 500 ребятишек героического Ленинграда отправлены на Урал. Счастливого вам пути, милые ребята, многострадальные ленинградцы!»
Примечание автора: Поскольку Чёрный Яр расположен на правом берегу Волги, а детей надо было переправить на левый берег и дальше – на Урал, то ближайшая к Чёрному Яру пристань на левом берегу – это Владимировская пристань, то есть ленинградские дети прибыли в Петропавловку. А так как, их не могли отправить сразу, то они какое-то время жили в Петропавловке, возможно даже, в том самом детском саду, о котором писал И.С.Левинченко: «детские ясли, которые были в здании теперешней больницы (водников), пропускали по 500 детей в сутки, обеспечивая детской пищей.»
Вот такая история произошла с детьми, далёкого от нас Ленинграда, о которых с тревогой и любовью написал в своём Сталинградском дневнике А. С. Чуянов.
Ещё напомню о трагедии, которая произошла 13 сентября 1942 г. в Петропавловке во время бомбёжки. Как рассказывали местные жители, бомба упала рядом с клубом речников - взрывной волной вырвало сцену, на которой заседал президиум комсомольского собрания. Погибло 6 девушек, 1 солдатик, 13- летнему мальчику Косте Маркову оторвало голову, девушке Нине Ватёнкиной оторвало руку (я её хорошо помню). Погибли девушки – комсомолки: Андреева Валентина, Михайлова Татьяна, Пречисленская Мария, Ромашкина Антонина, Хотнянская Анастасия - совсем ещё молоденькие, в июне 1942 г. только что окончившие 10 классов школы № 5. Годы рождения 1924 – 1925. Недавно я узнала, что фамилия шестой погибшей девушки была - Зенина, и которая, видимо, была похоронена в другом месте.
В 1942 – 1943 г.г. от вражеских мин и бомбёжек с воздуха на Волге погибло 335 речных судов: буксирных, пассажирских, нефтеналивных барж пароходства «Волготанкер», кораблей Волжской военной флотилии. Погибали члены судовых команд, пассажиры судов, эвакуированные, раненые, военные моряки, новобранцы и т.д. Волга представляла собой страшное зрелище. Повсюду из-под воды торчали остатки затонувших судов, а над теми судами, что лежали на глубине, суводью кружилась вода.
По воде плыли щепки, доски, брёвна, двери, мазут, краска, чемоданы, деньги, головные уборы, трупы, много трупов. Трупы цеплялись за бакены и прибрежные кусты. Всё это также наблюдали и во Владимировском затоне бакенщики и местные рыбаки – старики и подростки.
По воспоминаниям Тетерятниковой В.И. : «В Апошлином ерике в Петропавловке выловили труп женщины в обнимку с ребеночком на груди». Утонувшие, очевидно, были с подорвавшегося на мине судна, а во время разлива рек попали в Апошлин ерик.
С Петропавловкой связана история детей войны Испании, пострадавших от фашистской диктатуры генерала Франко. Вывезенные в 1936 г. из Испании в СССР, выжившие, выросшие и получившие образование, в 1949 г. молодые испанцы приехали в Петропавловку работать по распределению. Хулио Фернандес Гонсалес работал – конструктором, ст. диспетчером, мастером ОТК в судоремонтном заводе. Его жена Мария Луиса Ласаррага – табельщицей. Мануэль Моноло работал главным механиком завода. Его жена Анна Мария Альен – врачом в больнице ВЗО. Родившиеся на Пиренейском полуострове и представить себе не могли, что когда-то окажутся на берегу Волги, в посёлке Петропавловке.
Этот материал, который я собирала по крупицам, очень подходит к памятнику «Дети войны» (на фотографии эскиз памятника «Дети войны», которые должны были установить в 2020 году на Пристани в Петропавловке, замечание ред.) События, происходившие в Петропавловке отразили весь ужас эвакуации по военным дорогам: скученность, инфекционные болезни, смерть в пути. Непредсказуемая гибель от перепада температур еврейских матерей с детьми. Гибель в Петропавловке 6-летней девочки, 13-летнего Кости Маркова, девушек-комсомолок (точное количество жертв за давностью лет неизвестно). Мытарства ленинградских детей и переправа их через заминированную Волгу.
Наконец, испанские дети, вывезенные в СССР на долгие 20 лет и вынужденные при живых родителях жить на чужбине.
И виной всему – ФАШИЗМ, который прошёлся своим железным катком по Европе и Советскому Союзу. Жаль, что он опять поднимает голову.

А.Ф. Нестеренко, источник «Ахтубинская правда»

Отзывы

You have no rights to post comments

Информационно-развлекательный портал города Ахтубинск © 2019г. Все права защищены.

Распространение, копирование, тиражирование информации с сайта разрешены только с согласия администрации.

16+